Все

Вазген Авагян. Идет война международная, гибридная, не отсидеться никому…

  • Вазген Авагян. Идет война международная, гибридная, не отсидеться никому…

    Лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян недавно заявил: «Мы имеем дело не с гибридной войной, а с паравойной, с ситуацией, когда войной стало все: экономическая, политическая, социальная, культурная война и многое другое». Он прав по сути, но не прав по времени. Что значит «стало»? Разве когда-то было иначе?

    То, что мы раньше считали, будто это не так – вопрос лишь к нашей адекватности. Если мы чего-то не понимаем, это не проблемы реальности, а наши субъективные проблемы. Ибо всё и всегда использовалось и используется в мире как орудие борьбы человека с человеком.

    В борьбе за свое место под солнцем мы используем наши знания, культурный уровень, наши связи, как физический, так и духовный багаж личности, и все свои сильные стороны, и все слабые стороны конкурента. Это происходит уже на уровне кухарок и дворников, стремящихся стать старшими кухарками или старшими дворниками. Как же можно отрицать это в международных отношениях?!

    Реальные блага всегда ограничены. Самые дорогие и ценные – особенно. И потому за них всегда шла и будет идти борьба. Она принимает разные формы в соответствие декорациям и темпераменту эпохи (иногда нужна рать, а иногда достаточно просто наорать). Но она началась испокон веков – и будет до скончания мира.

    И у неё свои законы. Они в корне отличаются от законов курорта, пляжа, комнаты отдыха и всех тех мест, где человек, отдыхая от борьбы, проводит добродушно свой досуг. Делу время – потехе час. Точно так же и паравойне время – а миру час.

    Вне диалектики жизни хороша та власть, которая добра и отзывчива к людям и создаёт им все условия для их удобства. Плоха же та власть, которая людей разоряет, терроризирует, держит в «ежовых рукавицах». Это настолько просто, и, казалось бы, очевидно, что очень легко уравнять прогрессивность власти с количеством её даров низам. И наоборот: считать реакционность власти прямо пропорционально её тумакам народным массам…

    Как и все любят человека, который делает всем щедрые подарки. Такого благодетеля – только хвалить и славить! Но при одном маленьком условии: чтобы он раздавал своё, а не чужое.

    Потому что тот, кто щедро дарит вам вещи, не принадлежащие ему – не только обманывает, но и подставляет вас. Если например он подарил вам угнанную машину – вы же можете загреметь под статью за приобретение краденого! И доказывайте потом, что ничего не знали, денег не платили, в дар получили… Кто поверит?

    Хорошо, конечно, когда власть заботится о людях. Но в первую очередь она должна заботиться о своей сохранности и неприкосновенности. Так как не позаботясь о себе, потеряв власть – правитель людям не нужен и справедливо презираем ими. Что и кому он сможет дать, если у самого всё отняли? Кому нужно его добродушие, если он не воспротивился звериному оскалу чужеземных хищников?

    Умная власть понимает, что заботясь о своей сохранности она должна бороться и с нищетой масс, и с криминалом. Не потому что она такая сердобольная, а потому что нищета подданных и криминал подрывают, в первую очередь, её собственную базу.

    При этом есть незыблемая истина: любой человек в любой точке мира и в любое время владеет только тремя видами вещей:

    1. Теми, которые никому не нужны;

    2. Теми, о которых никто, кроме него, не знает;

    3. Теми, которые он отстоял в борьбе.

    Можно сколько угодно заниматься демагогией, рассуждая про законность и демократию, но по факту всегда было и будет только так: у вас есть только то, что вы добыли в драке, не считая никому не нужных или очень глубоко запрятанных исключений.

    И в первую голову это касается власти – как совокупности всех ценных предметов, вместе взятых. Для власти мало актуальны никому не нужные или тщательно упрятанные предметы. Она, как верховный собственник, распоряжается всеми явными благами на своей территории – и только это делает её настоящей властью.

    Если кто-то скажет вам, что он власть, но при этом не может мгновенно осуществить любую конфискацию на своей территории – плюньте лжецу в глаза! Никакая он не власть, а обслуживающий персонал в пышной лакейской ливрее!

    Потому любой, даже самый простой человек вправе спросить со всей гражданской прямотой слабосильную власть: «Кого из нас ты можешь защитить, если даже себя защитить не можешь? Кому нужен телохранитель, не умеющий самого себя защищать?»

    Если вы – домохозяин, то можете в любой момент взять всё, что лежит в доме, и использовать это как захотите. Или же вы не домохозяин – третьего не дано…

    Поэтому с точки зрения диалектики жизни любые дары несамостоятельной власти – ничтожны и фиктивны.

    Смысл пожалований возникает лишь тогда, когда тебя жалует реальная власть, достаточно клыкастая и когтистая для самообороны.

    Если же «заботу о людях» осуществляют сморщенные судорогой небывалого «гуманизма мозга» печёные яблочки горбачёвского разлива, то своей «заботой» они погубят и людей, и себя.

    При этом на них, дураков, плевать три раза. А вот пошедших на их поводу граждан жалко!

    Конечно, комендант крепости в числе прочего должен заботиться о питании и удобстве для солдат в переделах ее стен. Но первая и главная его задача – отстоять саму крепость.

    А если он увлечётся кормлением и ублажением гарнизона – то враг войдёт в цитадель. Далее не будет уже ни коменданта, ни гарнизона…

    В народной русской философии слово «рать» – первоисточник всего. Источник военной доблести (идти на рать), плодородия почвы (орать – значит пахать, обрабатывать землю), формальных признаков начальства (орать – громко кричать, командовать, распоряжаться). В сущности ратное право – источник всякого права на землю, национальное пространство.

    То есть прежде чем пользоваться чем-то в пространстве, необходимо это завоевать и отстоять – «ратью от ратей». Без чего просто не о чем и говорить.

    Рать предоставляет землю работникам – которые ищут у неё защиты и покровительства. А без неё – все попросту трупы, ибо на каждый клочок земли всегда найдется орда захватчиков (за исключением совсем уж мёртвых пустынь и ледников).

    Поэтому именно вооружённая сила, готовая в любой момент дать отпор любому покушению на свою землю, покарать любого представителя «захватного права» – первоисточник жизни для трудящихся и власти для правительств.

    Если нечем противостоять захватному праву захватчика (а в захватчиках никогда нет нехватки) – то любые права трудящихся ничтожны, как и любые решения формальной власти.

    Трудящийся может требовать себе что угодно – перестройка показала, сколь экзотичными бывают эти требования распоясавшихся пацифистов. А номинальная власть может выписывать им что угодно и формально предоставлять. На деле же, в реальности – это лишь игры шизофреников, живущих в воображаемых мирах.

    Скажем, шахтеры вышибая из КПСС забастовками всё больше частных льгот и надбавок, не понимали предельной шаткости своего положения, не защищенного ослабляемым ими же государством. Такие беззащитные по большому счету бунтари – как хорошо прожаренная котлета для любого внешнего захватчика. О чём с котлетой можно разговаривать?

    Но и сама поздняя КПСС, утратив адекватные представления о реальности, дарила направо и налево людям уже не свои блага. Ведь есть рать не твоя, то и благо не твоё.

    КПСС уже вовсю проедали Собчаки, Чубайсы и Гайдары на основании захватного права, которому дряблая и мягкотелая партия-слизняк ничего не могла противопоставить…

    Каков же главный вывод? Не паравойна, в которой всё – орудия войны, новая реальность. Это мы, очнувшиеся от своих сладких снов, новые для древней паравойны. И, как новички, должны учиться ей опережающими темпами.

    Или вместе выжить – или, пытаясь выжить порознь (как бывшие советские республики), вместе погибнуть, уйти в никуда, оставив все дефицитные блага мира более расторопным и реалистичным народам.

Источник →

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.