Все

Белорусский национализм – опасная игра Лукашенко в «многовекторность»

 

Не так давно на прозападном белорусском телеканале «Белсат», финансируемом Варшавой, прошла дискуссия на тему «Почему белорусский национализм самый слабый среди соседей?» Приглашенные «интеллектуалы» и «эксперты» соревновались в изречении заумных фраз. Но, по большому счету, никто так и не удосужился (или просто не рискнул?) сказать главное: то, что его адепты подают в качестве белорусского национализма, по сути, им не является.
Ну, правда: «на щит» местные «змагары» (аналог украинских «свидомых») поднимают исключительно достижения и исторические фигуры, принадлежащие эпохе Великого княжества Литовского. Да, территория современной Белоруссии в его состав входила, да, местная знать, так или иначе, была инкорпорирована в элиту княжества. Ну так ведь и элита Малороссии (как и тех же западно-российских губерний – территория современной Белоруссии) играла не меньшую, но куда большую роль в политической и общественной жизни Российской империи. А позже – Советского Союза. Но почему-то эти времена местными «патриотами» именуются «периодом российской (или большевистской) оккупации», а вот пребывание белорусов под властью не только Литвы, но – после Люблинской унии – во многом еще и Польши в составе Речи Посполитой почему-то именуется «временами белорусской государственности» и, вообще, «расцвета независимости».
На самом деле, конечно, «независимыми» в те времена чувствовала себя разве что ополяченная и окатоличенная шляхта и такая же «свидомая» интеллигенция. Так что, когда эти «патриоты» в 1863 году подняли очередной мятеж против России, правительство просто разрешило контролировать этих самых «патриотов» местным крестьянам. Православным, объединенным в общины, без разрешения которых какой-нибудь «свидомый» помещик просто не мог покинуть свою усадьбу. И все – мятеж очень быстро был подавлен.
Но потом с введением в России либеральных реформ прозападно-русофобская часть интеллигенции и недобитая шляхта вновь «подняла голову». А поскольку конкурировать на равных с великой российской культурой эти «пигмеи» закономерно не могли, в их мозгах и зародился план создать под себя «эсклюзивную аудиторию», желательно вообще не знающую русского языка, дабы «впаривать» ей свой «интеллектуальный продукт» уже без всякого стеснения.

***

С победой Октябрьской революции о кратковенном существовании опереточной Белорусской народной республики, созданной на кайзеровских штыках, в Белоруссии о национализме забыли надолго. Даже в годы войны местное профашисткое отребье не смогло собрать в помощь обожаемому им «великому фюреру» сколь-нибудь сравнимые с соседями-бандеровцами силы. Зато партизанило в республике минимум 200 тысяч человек.
Практически не коснулись БССР и «национальные эксперименты» после Великой Отечественной. Во всяком случае, таких персонажей, как Первый Секретарь ЦК Компартии Украины Шелест, увлекавшийся «вышиванками» и прочими послаблениями в сторону «свидомости», тут не наблюдался. 
Зато в Минске неоспоримым лидером являлся Машеров – бывший партизанский командир, ненавидевший национализм всеми фибрами души. Так что местные «национальные писатели», вроде якобы «патриота-фронтовика», а позже классического русофоба Василя Быкова больше пользовались поддержкой в Москве, у «белорусского» секретаря ЦК КПСС Зимянина. Впрочем, тоже без особого успеха в их возможной националистической пропаганде. 
В итоге к распаду СССР Белоруссия подошла с прочно укоренившейся за ней «кличкой» от господ-либералов: «Вандея перестройки». От названия самого консервативного департамента революционной Франции, где базировалась оппозиция деятелям типа Робеспьера.
Конечно, развал великой страны и последовавший «период разброда и шатаний» не пощадил полностью и белорусов. И там были свои либералы, вроде главы местного Верховного Совета Шушкевича, одного из «подписантов» печально известных Беловежских соглашений. 
Но самого главного «дерибана» государственной собственности в загребущие руки олигархов белорусские либералы осуществить не успели – президентом страны стал Александр Лукашенко. Ну а какой же может быть нормальный национализм без спонсирующих его «денежных мешков», воспевающих антироссийскую борьбу на олигархических телеканалах? Наконец, просто при работающем без проблем российском телевидении, превзойти рейтинг которого в честном соревновании ни один провинциальный канал просто не в состоянии?

***

Так что до недавнего времени белорусские «наци» находились в глубоком загоне, действуя преимущественно лишь в своих тусовочках в социальных сетях. Да еще периодически, блокируясь с прозападными либералами, пытались устраивать жалкие подобия «цветных» мятежей, тут же успешно разгоняемых силами правопорядка. 
Запад, конечно, потихоньку подкармливал «родных антироссийских человечков», но в условиях ну очень крепкой власти Александра Лукашенко даже находящиеся на такой «кормежке» чувствовали себя изгоями.
Все начало меняться в последнее десятилетие. Если в «лихие 90-е» Лукашенко, подписывая договора о создании Союзного Государства России и Белоруссии, мог видеть себя в перспективе во главе этого образования, с учетом низкой популярности и слабого здоровья Ельцина, то после прихода к власти Путина о «первых ролях» можно было лишь мечтать.
С другой стороны, Москве все больше надоедало выступать односторонним спонсором белорусской экономики, рынком сбыта для большей части ее товаров (впрочем, действительно, чаще всего качественных, особенно продовольственных) при одновременном лишь «имитировании» межгосударственной интеграции.
Соответственно, все чаще возникали споры между Москвой и Минском: о цене не поставляемый газ, качестве белорусского экспорта, фактической «контрабанде» западных и украинских товаров в Россию под «маркой» белорусских. Последним «камнем преткновения» стали обиды Батьки из-за прекращения поставок дешевых нефтепродуктов (на реэкспорте и переработке которых, особенно в бандеровскую Украину, он получал немалую прибыль), а также интрига с попаданием в нефтепровод загрязненной российской нефти.
Понятно, что экономических «козырей» у Минска в таких спорах не могло быть по определению – ввиду однозначного преобладания скрытых российских дотаций белорусской экономике. Вот и решил Александр Лукашенко поиграть в многовекторность. Дескать, если Москве не нравится политика Белоруссии, я могу ближе и к Западу уйти.

***

Последнее, конечно, полностью было весьма проблематично. Все без исключения выборы последних лет в Минске проходили на фоне попыток местных «оппов» устроить Майдан. А за успешный разгон таких попыток Запад постоянно критиковал «последнего диктатора Европы», вводя против него всевозможные санкции. 
С другой стороны, между выборами западные политики не прочь были давать в Минск сигналы образца «вернись, я все прощу!» Для ответа же на такие сигналы Лукашенко назначил министром иностранных дел республики Владимира Макея – одного из самых «истовых» «западников».
Да впрочем, и нынешний премьер Сергей Румас, известный, как весьма настойчивый «белорусизатор», тоже вполне укладывается в линию намеков в сторону Запада: «Дескать, не такие мы уже и пророссийские, если что, можем и к Вам уйти».
Примечательно, что в ходе голосования на «свидомом» Telegram-канале «Беларусь головного мозга» на вопрос «кого бы Вы хотели видеть президентом Белоруссии» лидером симпатий местных русофобов с 41% голосов стал Макей, а «почетное» второе место, с 34%, занял как раз Румас.
Конечно, откровенной националистической пропаганды государственные органы и СМИ не ведут. Хотя бы потому, что Лукашенко отлично понимает: если дать полную волю таким настроениям, то его просто сметут в ходе цветного мятежа, который не получится подавить с прежней эффективностью. Но вот подразнить Россию, показать, что она якобы не так уж для Минска и незаменима, Александр Григорьевич очень даже пытается с помощью как раз националистов. Дескать, вот как они у нас распоясались только от меня зависит, не оторвут ли они Белоруссию от России. А чтобы я их поприжа так мне побольше преференций дайте. 
В общем, чем-то это напоминает анекдот про двух котов. Первый, старательный, быстро переловил в доме всех мыше после чего быстро оказался на помойке. А когда в доме закономерно снова завелись мыши, уже другой кот, найденный хозяином, мудро решил полностью их не изводить, чем обеспечил себя сметанку и прочие вкусности на долгие годы.
Весь вопрос в том, что национализм – такая штука, которую легче выпустить, чем загнать обратно. Укро-президент Янукович тоже имел очень эффективные силовые структуры и рассчитывал, что тайком подкармливаемые им националисты смогут выступить лишь в роли идеальных «спарринг-партнеров» на президентских выборах. 
Дескать, если меня не переизберете, то бандеровцы к власти придут. А эти самые бандеровцы возьми и успешный Майдан замути, так что теперь Виктор Федорович скрывается в Ростове, а «ненька» все быстрее «загибается» от «радикальных реформ» в интересах Запада.

***

Но, по-видимому, Батька, как многие до него, считает, что «у меня все будет по-другому». А потому проявлениям национализма в Белоруссии все чаще не то, что не «включается красный свет», но «открывается зеленая улица».
Пока что, конечно, больше на уровне «возрождения национальной памяти». Вроде широкомасштабного отмечания 100-летнего юбилея БНР в прошлом году. В этом году, правда, власть несколько поумерила пыл «змагаров» и отвела им для чествования пресловутого  «дня воли» лишь второстепенные площадки вместо требуемых крупных стадионов.
Более мелкими «укусами» российско-белорусской дружбы являются, скажем, празднование годовщины резни, устроенной пропольскими горожанами немногочисленной русской администрации после присоединения их города к Московскому царству в 17 веке.
А вот в Витебске, скажем, «национальную память» решили «освежить» постройкой памятников известным «деятелям белорусской государственности». Первым, как из следовало ожидать, был воздвигнут монумент «белорусскому» (на самом деле, литовскому, конечно) князю Ольгерду.
 Правда, вторым построили памятник (тоже белорусскому?) князю Александру Невскому с супругой и сыном. А вот увековечивание памяти (еще одной белорусской?) княгине Ольге, правившей в Киеве в середине 10 века, задерживается до сих пор. 
В Могилеве в 2015 году по настоянию местных националистов с памятника Пушкину были стерты слова из его «знакового» стихотворения «Клеветникам России». Ну как же – там ведь великий поэт посмел покритиковать и «борцов за независимость Белоруссии» (на самом деле – возрождения Речи Посполитой и своих шляхетских привилегий), а также их «крышу» в лице западных политиков и СМИ.     
А в апреле, например, группа минских школьников, занявших на олимпиаде в Петербурге 3-е место, во время награждения развернула на сцене бело-красно-белый флаг буржуазно-националистической БНР. 

***

Собственно, именно на захват симпатий подрастающего поколения и рассчитывают белорусские «свидомые» и их западные спонсоры. Поэтому и внедряют среди молодежи свою отравленную идеологию исподволь – по технологиям «окна Овертона».
Получается пока у них не очень. Так, по данным соцопроса Академии Наук Белоруссии, около половины опрошенных студентов отождествляют себя с гражданами России, а еще 28% – с «русским миром». Так что национализм в том или ином виде не поддерживается 80% молодых белорусов.
Но, с другой стороны, когда это Запад и его «наймиты» в не-западных странах обращали внимание на классическую форму демократии: «Один человек – один голос»? Их идеал – демократия «вечевая», когда решение принималось «по громкости крика». А то и просто большей тяжести кулаков у сторонников той или иной партии, вне зависимости от ее формальной численности.
Любой цветной мятеж основан именно на этом «вечевом подходе» – не демократии, а «диктатуры агрессивного меньшинства». И это русофобско-националистическое меньшинство в Белоруссии, благодаря активному попустительству властей, все больше и больше пытается влиять на политику братского государства.                                      

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.